Разговоры о художниках-баталистах, (из ветки об эскизах Крюгера) Опции

[sergey]

как на людях сидят мундиры и подогнана амуниция - нам есть к чему стремиться

о фигуре не будем говорить?

[Темников]

С Прянишниковыми, особенно с Илларионом Михайловичем, надо создавать отдельную ветку о российском быте. Чуть позже сделаю, иначе запутаюсь, т.к. много перекрестных работ. После ЕББ

Хочу вернуться к событиям 1812 года. Попалось на глаза такое изображение в какой-то этнографической статье.
Сначала я подумал, что это известное богослужение в Минске



Оказалось, что дело происходило в оккупированной Москве, молебен проходил в церкви св. Евпла на Мясницкой и службу вел священник Кавалергардского полка.

"Через несколько сентябрьских дней в верхнем Троицком придельном храме приходской церкви Святого Евпла на Мясницкой произошел случай, навечно оставшийся в памяти москвичей и навсегда вписанный в историю России. После 10 (24) сентября к интенданту французской армии Жану-Батисту Варфоломею де Лессепсу с просьбой обратился пленный протоиерей Кавалергардского полка взятый в плен после Бородино. Протоиерей просил разрешения совершать службу в одной из неоскверненных Московских церквей. Лессепс удовлетворил просьбу священника. Выбор пал на неоскверненный французами верхний придельный храм Св. Троицы церкви Святого Евпла.
На 13-й день после вступления французов в Москву над Большой Лубянкой и Мясницкой, растекаясь в ярком утреннем свете объятого тишиной города, разнесся колокольный благовест. Запуганные, голодные, ограбленные москвичи прислушались: не послышалось ли? - Нет, и вправду впервые после тринадцати дней тишины на колокольне Евпловской церкви раздался перезвон колоколов. Звонили в 108-пудовый колокол, вылитый мастером К.М. Слизовым в 1764 году. Подходя к воротам храма, москвичи могли увидеть объявление на французском языке, прибитое к ним. В нем именем императора французским войскам запрещалось грабить храм и нарушать богослужение. Службу в тот славный воскресный день 27 (15) сентября вел протоиерей Кавалергардского полка Михаил Гратинский. В службе участвовали кроме священника дьяк Петр Иванов и пономарь Григорий Федоров. Во время священнослужения караульные французские солдаты стояли на часах у паперти.
Протоиерей Кавалергардского полка Гратинский, служащий молебствие в приходской церкви Святого Евпла, в Москве, в присутствии французов 27 (15) Сентября 1812 года. Гравюра, II пол. XIX в.
Каждый год в этот день по все России в церквях праздновали день годовщины венчания на царство благословенного монарха – русского государя Александра I, и молебен, происходивший при большом стечении москвичей из разных районов, был посвящен этому памятному торжественному событию. Громко звучали в храме мольбы о здравии русского императора и всей царской фамилии. Неустрашимый духовный пастырь, окруженный неприятелями, на развалинах Москвы возглашал мольбы о покорении всех врагов под ноги православного царя и просил о даровании ему победы. Все едиными устами и единым сердцем произносили имя Александра I. Горяча и усердна была эта всенародная молитва в храме Божием собравшихся в нем со всех концов столицы русских людей, которые, сознавая свою греховность, единогласно взывали к Господу словами церковной молитвы. До сих пор точно неизвестно, договаривался ли отец Михаил с Лессепсом о том, что во время службы народ будет петь здравие императору Александру I, но, как полагают историки, такое важное событие не могло пройти без особого уговора священника с Ж. Лессепсом, который, в свою очередь, не мог не обсудить эту проблему с самим французским императором. Фактически, мы имеем дело с едва ли не уникальным случаем веротерпимости, проявленной природными французами в оккупированной Москве.
О большом стечении народа говорит и то, что после окончания молебна в течение целого часа москвичи подходили один за другим приложиться к Святому Кресту. Все это время в стенах храма звучало многолетие. Этот исторический торжественный момент богослужения. В последующие дни оккупации колокол Св. Евпла каждый день призывал москвичей к обедне и заутрене. Протоиерей церкви Георгия Победоносца на Красной горке (Тверской р-н., снесена в 1932), Василий Михайлович Полянский, оставивший воспоминания об этом тревожном времени, не раз приходил на его зов, и даже в конце своей жизни, спустя много лет сохранял горячее впечатление тех молитв, принесенных Господу в виду неприятельских знамен и пылающей Москвы. Так, повторим прекрасные слова, сказанные 200 лет назад о богослужении в Евпловской церкви: «Достоин славы и похвалы тот подвиг неустрашимого и самоотверженного героя-пастыря, который нашелся в то страшное для Москвы время в лице отца Михаила Гратинского и который ревностно послужил в деле религиозного утешения московских жителей, выбрав для этого уцелевшую от неприятельского погрома Евпловскую церковь, которая, может быть, свыше, Самим промыслом божиим предназначена была для этой высокой цели. Это обстоятельство живо и наглядно указывает нам на заслуги православно-российского духовенства вообще в Отечественную войну 1812 года. Сколько таких и подобных отцов Михаилов было в то время по всей России!» (5., с. 16-17).
Двухэтажный храм Святого Евпла типа восьмерик на четверике в стиле барокко, с колокольней и с широкой обходной галереей-гульбищем стоял у дома номер 2 Милютинского переулка на углу с ул. Мясницкой. Святыня была варварски снесена в 1925-1926 годах. Место, где возвышал свою гордую главу храм Св. Евпла пустует до сих пор."